12:15 

isamai
Оставаться в живых – непростая работа, оставаясь в живых, что-то даришь взамен
Этот текст изначально планировался длиннее, гораздо длиннее - там должен был быть Пси, и мусорная планета, и прыгающие в пропасть от погони Доктор и Клара, которых ловил Пси, но в процессе написания, я поняла, что перегрузила историю детальками, почти не оставив воздуха в тексте.

Все вышеописанное, на самом деле, рассказывало о Докторе и Кларе. О том, почему они путешествуют, почему Доктор иногда ведет себя невоспитанно, про Клару, которая любит порядок в своей жизни и панически боится непредсказуемости, одновременно живя в ее ожидании.
Пси выходил картонной фигурой, а все приключения этой троицы были будто уродливая копия чего-то красивого - и всё было не так.
Поэтому я безжалостно выкинула всё лишнее и остался этот текст.

Больше всего я боялась, что мой подарок не понравится. Мое лицо, когда я прочитала комментарии в дневнике кофейный олень надо было видеть, нет ничего приятнее, чем дарить то, что людям по душе.

31.12.2014 в 19:29
Пишет Secret DW Santa 2015:

Подарок для кофейный олень
Название: Надоба - в тебе
Подарок: для кофейный олень
Форма: мини, 1 284 слов
Пейринг/Персонажи: Клара, Двенадцатый Доктор
От автора: Оленюшка! Ты прекрасна, как рассвет над Галлифреем. Оставайся собой, солнце, да и пребудет удача на твоей стороне. Этот текст - для тебя.

Когда Клара просыпалась на Рождество в детстве, она всегда знала, что ее ждет. Что-нибудь хорошее, а остальное было не так важно.
Став взрослой, Клара перестала верить в сказки, попав в свою собственную. В этой сказке был принц с нечеловечески порой дурным характером, которого можно было перевоспитывать, была синяя карета, уносившая ее вдаль и вглубь от ежедневных забот, непроверенных тетрадей и обыденности. Карета уносила ее очень далеко, к звёздам, туда куда она и не мечтала попасть, туда, откуда при неудачно сложившихся обстоятельствах, она бы могла и не вернуться.
В отличие от сказочных принцесс, Клара любила возвращаться домой. Дом – это хорошо, собственная съёмная квартира с икеевской мебелью, Дэнни – который не был прекрасным принцем, и, откровенно, слава богу, что он не был. Чудесного и звездного Кларе хватало в жизни и так, а теплый, урчащий под боком по ночам, будто гигантский кот, Дэнни был тем, что надо.
Клара сама планировала свою жизнь, чем она гордилась, и это не было пустым бахвальством. Держать под контролем Доктора, который, как иногда создавалось впечатление, больше далеков не любил только пунктуальность и порядок – та еще задачка. Клара обожала сложные задачки, потому что они удавались ей лучше всего. А вот в простых – еще с тех времен, когда она училась в школе – она вечно искала подвох, и не находя его, теряла важное время.
Кларе нравилась её жизнь. Клара была молодцом, и мысленно она ставила себе плюсик.
А Доктор, Доктору как всегда не сиделось на месте. Это было его вечной проблемой – или преимуществом, как посмотреть – с детства, еще с тех пор, когда Доктора еще не было на свете, и на Галлифрее жил-был мальчик по прозвищу Тета Сигма, мальчик у которого был лучший друг, и большая Мечта – побывать там, где он еще не был никто из галлифрейцев. Его влекло время и пространство, а его друг строго выговаривал ему (как только могут дети), что Тете надо учиться, а то «никакая Тардис тебе не грозит при такой учебе», а Тета лишь мечтательно смотрел куда-то вбок и вверх, заблудившись то ли в своих мыслях, то ли в своих мечтах.
Доктор никогда не умел сидеть на месте, он бежал туда, где еще не был, а зачем он не знал и сам, однажды попробовав на вкус время и пространство, вдохнув иной воздух, он уже не смог остановиться и бежал. Бежал, меняя лица и интерьеры Тардис, встречая разных людей и инопланетян, крутился, вертелся – он бежал. Впереди его всегда ждало что-то новенькое.
Доктор терпеть не мог, когда его контролировали. Дело было в самом факте наличия кого-то, кто хочет принимать решения за Доктором, не принимая во внимание его мнение. Иногда он был не против вручить кому-то ответственность, которая падала многотонным грузом ему на плечи, иногда ему хотелось разделить с кем-то эту тяжесть принятия решений, от которых иногда зависела судьба Вселенной и жизни ее обитателей.
И чем дольше он путешествовал, чем больше людей и не только людей он встречал, тем сильнее была жажда показать этим людям, что значит быть им – беспечным странником, храбрым воином, трусом, храбрецом, героем, сумасшедшим и шутом.
И одновременно Доктор понимал, что так нельзя. Нельзя превращать всех в себя, в не самую прекрасную личность на свете, сделавшую столько ошибок, что никакого времени не хватит их переписать. Или, может, те, кто встречали его уже были похожи на него?
И у них тоже зудело от нехватки впечатлений, от невозможности ощутить под ногами пыль иных планет, искупаться в море, которого уже нет, услышать вживую музыку прошлого и будущего и других планет?
Что за случай сталкивал его и его спутников?
Доктор не верил в судьбу, но знал, что у каждого существа во Вселенной в его временной линии есть фиксированные точки, мимо которых никак не проскользнуть, не удрать от неизбежного – может быть, он лишь чья-то фиксированная точка?
Тогда почему иногда это разрушает ткань пространства и времени – спасти кого-то? Почему тогда некоторые его спутники забывают о нем? Почему иногда те, кого он любит, остаются в параллельном мире?
Если долго думать об этом, то, наверное, можно сойти с ума.
Но кто может гарантировать, что он не сошел с ума, что это не глюки, не выдумка, не сон?
- Доктор? Доктор? Доктор! Ты меня слышишь? – это Клара стоит прямо перед ним, щелкая пальцами, нетерпеливо ожидая ответа на что-то уже сказанное.
Доктор чувствует себя дураком, что он очень и очень не любит.
Вместо извинения он пытается …
- Клара, я вовсе тебя не слушал. Кто вообще сказал, что я буду тебя слушать? Может ты будешь как-нибудь сигнализировать то, что начинаешь говорить? Твой голос абсолютно невозможно слушать – как дети выживают на твоих уроках? Вырабатывают иммунитет?
Клара вздохнула, и про себя медленно досчитала до десяти, а потом и в обратную сторону.
- Иногда ты хуже всех учеников в моей школе одновременно. И ремарки о моем голосе лишь подтверждают то, что ты меня не слушал.
- Я не хотел тебя слушать. Разница есть!
- Разница есть, и она заключается в том, что кто-то не умеет признавать свои ошибки. И я…
- Раскомандовалась тут!
- Разумеется. С тобой иначе нельзя.
Тут на Доктора накатило сильнейшее чувство дежавю – будто он снова маленький мальчик, он снова в школе, они снова с его другом сидят и смотрят в окно, и придумывают удивительные вещи, которых еще нет, и его друг – темноволосый мальчик с голубыми глазами – возводит глаза к небу, и с интонацией почти точь-в-точь, как Клара – сейчас! - говорит: «И за что, Рассилон, мне достался такой друг? Ты же без меня ничего сделать не сможешь вовремя!». «Неправда!» - возражает ему еще-не-Доктор. «Разумеется, правда. Тебе нужен кто-то, кто будет тебя вовремя останавливать, напоминать о домашнем задании, напоминать о том, что тебе нужно поесть. С тобой иначе нельзя!». Его друг смотрит на него с легким превосходством и продолжает: «А вместе мы … мы… можем всё! И когда-нибудь вся Вселенная будет нашей, ведь да, Тета, правда?».
Картинка почти осязаема, кажется – коснись, и всё вернется в тогда, и всё можно будет исправить.
Но Клара стояла напротив Доктора, нежно поглаживая консоль Тардис, здороваясь с ней. Клара спрашивала его, настойчиво добиваясь ответа:
- И что мы сегодня будем делать? Учти, пожалуйста, завтра у моей подруги день рождения, и мне не хотелось бы на него опоздать. Ни на минуту. Ясно?
- Как тебе … древние цивилизации Марса?
- Как у Брэдбери?
- У кого?
- Не важно, потом объясню. Да, я хочу на Марс… И Доктор, мы можем слетать в то время, когда Дэвид Боуи еще не был популярен?
- Зачем?
- У моей подруги день рождения, я не купила ей подарок, и я поэтому мне нужна первая пластинка Боуи с автографом! Скажи же, что это потрясающий подарок!
- Это потрясающий подарок. Я всё сказал правильно? Эй, бить меня по плечу необязательно!
Доктор выглядел слегка обиженно, и Клара невольно улыбнулась, потому что выражение лица у этого Доктора было презабавнейшим.
Доктор был её шансом увидеть и сделать то, о чем она всегда мечтала, и даже не надеялась, что хоть что-то из ее мечтаний сбудется. Мама говорила, что она всегда была мечтательницей, но Кларе рано пришлось понять, что не все в жизни подчиняется её воле, а жизнь – не сказка.
Клара правда хотела, чтобы все в жизни зависело от неё.
И ей донельзя нравилось - чувствовать себя королевой времени и пространства (быть королевой априори лучше, чем принцессой, потому что принцесса ищет принца, а у неё все уже есть), летящей в синей полицейской будке с волшебником в синем плаще с красной подкладкой. Ей нравилось спасать планеты и жизни, видя благодарность в чужих глазах. И не только в глазах.
Она бы никому не призналась, даже себе, что она иногда не хочет возвращаться на Землю.
Потому что Кларе никогда не хотелось сидеть на месте.
Потому что Клара, наверное, была рождена, чтобы путешествовать с Доктором на край Вселенной и обратно, а не чтобы быть учительницей литературы в школе Коал Хилл.
А Доктору, разумеется, всегда будет нужен кто-то вроде неё, как и ей сейчас нужен этот упрямый таймлорд.
Именно поэтому Тардис начинает петь свою космическую песню, урчит и звенит, и несет их куда-то далеко-далеко.
Туда, где нужны они оба.

URL записи

@темы: моя писанина

URL
Комментарии
2015-01-12 в 15:06 

кофейный олень
But the truth is, the world is so much stranger than that. It's so much darker. And so much madder. And so much better.' ©
isamai, ТАК ЭТО БЫЛА ТЫ!! :squeeze:
спасибо огромное ещё раз, история ну очень согрела! :inlove::heart:

   

Приключения для пятой точки

главная